Яндекс.Метрика штык-нож | Череповецкая истина
ОФОРМИТЬ ПОДПИСКУ
|  | 

Архив метки штык-нож

Автор:ЧИ

Штыком по судьбе

Молодому череповчанину сломали судьбу из-за уголовного дела, закончившегося пшиком.

Девятнадцатилетний череповчанин Михаил мечтал о военной службе и готовился после окончания техникума поступить в военный институт в Санкт-Петербурге. Незадолго до поступления, в конце мая 2019 года, молодой человек решил продать ненужные вещи и выставил на «Авито» спортивную рогатку и штык-нож от винтовки «Маузер» образца 1898 года. Михаил планировать выручить за них несколько тысяч рублей, которые были бы не лишними при поездке.

«Чего ты мне в уши ссышь?»

Михаила не удивило то, как быстро нашёлся покупатель на, казалось бы, такой специфичный товар, и то, что для сделки мужчина, откликнувшийся на объявление, пригласил на… вокзал. «У коллекционеров свои причуды», — подумал Михаил и, взяв рогатку и штык-нож, отправился на железнодорожный вокзал. Там молодого человека уже ждали. Как только деньги оказались в руках у Михаила, его задержали оперативники линейного отдела полиции.

— Мне звонит сын, — рассказывает мать молодого человека Наталья, — и говорит: «Мама, меня продержали около часа в наручниках, в линейном отделе полиции». А в общей сложности четыре часа, добиваясь, чтобы сын написал признательное заявление и «слил» людей, торгующих оружием и наркотиками. Миша сказал, что не имеет никакого к ним отношения, а также сообщил, что нож, который он продавал – антикварный и оружием не является. «Чего ты мне в уши ссышь? Там гарда и длинный клинок», – ответил ему оперативник.

Статья

После допроса на него составили протокол и обвинили в торговле холодным оружием.

— Статья 222 УК РФ предусматривает наказание до двух лет лишения свободы. Уголовное дело было заведено на основании рапорта о задержании при покупке и некой справки об экспертизе, сделанной у нас на проспекте Строителей. В ней эксперт без проведения исследований, без указаний ГОСТов, методик, литературы признал штык холодным оружием. Как такое могло произойти?! Получается, «эксперт» признал штык оружием на глаз. Мы это сообщили дознавателю Твороговой, она согласилась, что эта справка не имеет доказательного значения. Но, тем не менее, на её основании всё же завели дело! – возмущается Наталья.

Культурная неразбериха

Более того, дознаватель решила подстраховаться и сделать ещё одну экспертизу. И попросили об этом адвоката и владельца магазина «Оружие» Юрия Мойсейчика совместно с заведующей Историко-краеведческим музеем Ольгой Павловой (сама Ольга Павлова, со слов Натальи, сообщила ей по телефону, что штыка в глаза не видела). И 25 июня 2019 года заключение было готово: «Представленный штык-нож является типовым предметом массового производства, относится к категории военного клинкового оружия. Не несёт исторической ценности».

— В экспертизе я отвечал строго на поставленные полицейскими вопросы, — рассказывает Юрий Мойсейчик. —  Можно отнести данный штык-нож к хозяйственно-бытовым? Однозначно нет.

Естественно, результат экспертизы не удовлетворил Наталью, борющуюся за судьбу сына, над которым нависла угроза уголовного наказания. Она посылает запрос в Министерство культуры с просьбой подтвердить компетенцию Юрия Мойсейчика в проведении культуроведческих экспертиз. И получает оттуда ответ, что эксперт… не аттестован. В то же время сам Юрий Мойсейчик утверждает, что имеет соответствующую аттестацию и готов представить все подтверждающие документы. В общем, если уж сам Минкульт не может разобраться, кого он аттестовал, то тем более это не сможем сделать и мы. И зная, кто руководит (руководил) Министерством культуры, мы вполне допускаем, что подобная неразбериха в этом ведомстве могла легко возникнуть.

Тем не менее, на основании письма из Минкульта, Северо-Западная транспортная прокуратура просит исключить заключение Мойсейчика и Павловой из доказательной базы, «из-за невозможности подтверждения компетентности».

— Мы настояли ещё на одной культуроведческой экспертизе, — рассказывает Наталья. — Полиция нашла эксперта аж в Царском селе. На этот раз экспертизу делал член академии военных исторических наук, член национальной ассоциации экспертов оружия, начальник военно-исторического отдела музея «Царское Село» Георгий Введенский. Девятого июля 2019 года он даёт своё заключение: «Штык данного образца не относится к старинному (антикварному) оружию по причине внесенных в него конструктивных, в том числе, необратимых изменений»,  указывая на замененные плашки на рукояти клинка. Оригинальные сгнили от старости. Пока шли экспертизы, Наталья посылала запросы в различные ведомства.

– Из ответа Министерства культуры мы узнали, что возраст оружия определяется по клинку. Ремонт можно проводить, – говорит она,  показывая документ со ссылкой на постановление «О порядке проведения государственной экспертизы оружия». – Если оружие изготовлено до 1945 года, то это антиквариат. Это ответ Росгвардии, МВД и Минкульта.

В общем, мать нашла огрехи и в заключении царскосельского эксперта. Транспортная прокуратура снова признает недействительной эти результаты.

Кто виноват?

Видя, что встретила в лице матери, отстаивающей свободу сына, достойного оппонента, дознаватель Творогова заказывает… тайные экспертизы, не уведомив о них ни Наталью, ни Михаила. И уже на основании их отдаёт дело в суд.

Тем временем Миша поступил-таки в Военно-морскую академию в Санкт-Петербурге. Но Творогова позаботилась о том, чтобы там узнали о заведённом на курсанта уголовном деле.

— В ноябре ему сказали: «Раз есть уголовное дело, пиши заявление об отчислении. Сам не уйдешь, мы поможем». Вот и всё, — сокрушается Наталья. — Хотя не доказано еще ничего. Суда не было. Поломана теперь судьба у сына. Потом его сразу забрали в армию. В самую неперспективную часть, куда-то под Ижору. Ящики таскать стокилограммовые. Михаила отвезли в воинскую часть сразу после отчисления – она находится в часе езды от академии.

По словам Натальи, на протяжении всего времени, пока Михаил служил, его неоднократно пытались вызвать на суд, но из армии солдата, естественно, не отпускали. Суд состоялся только в январе этого года. Он оправдал Михаила. За отсутствием состава преступления!

И это, безусловно, радует. Но как быть с изломанной судьбой парня? Его практически выгнали из академии, куда он уже не сможет восстановиться. В армии его неоднократно представляли к званию сержанта, но из-за  уголовного дела каждый раз отказывали. Да и человек полтора года жил под огромным психологическим прессом, под уголовным делом, зависшим над ним дамокловым мечом. Кто ответит за это?

«Я думаю, что полицейские линейных отделов специально используют подобные «схемы», что провернули с моим сыном, — говорит Наталья. —  Я просто хочу предупредить всех людей, чтобы они не попали в такую же ловушку».

Эдуард АБРАМОВ.

©2009-2017 Все права защищены. При использовании материалов - ссылка на сайт обязательна